Manhattan
5 лет назад

Богу угодно

текст: Агата Барокко

 

Это ж, Господи, зрячему видно,
А для нас повтори:
Бог есть свет
И в нём нет никакой тьмы.

БГ, «День Радости»

 


Музыку госпел традиционно и, в общем-то, вполне заслуженно определяют как эмоциональное хоровое пение на религиозные темы. Но, как и у любого другого жанра, у госпела появилось множество разветвлений, роднит которые, пожалуй, лишь восхваление Бога и наличие в песне благой вести. Чаще всего под этой вестью подразумевается долгожданное появление Господа и спасение им всех униженных и оскорблённых. В известнейшей песне Oh Happy Day самым счастливым днём провозглашается тот, когда «Господь смоет с меня все грехи».

Госпел при всей своей специфике мог зародиться только в среде афроамериканцев. Гнёт и врождённое чувство ритма сделали своё дело – ещё в XIX веке рабы начали напевать песни на плантациях. Это были песни о тяжёлой негритянской доле, но заканчивались они всегда оптимистично – мол, «он придёт, он будет добрый, ласковый – ветер перемен».

 

В XVIII веке рабовладельцы стали брать с собой своих подчинённых в церковь. Такие походы были необходимы для тотального контроля и внушения идей покорности. Чернокожим было запрещено собираться в группы более пяти человек, но на своих подпольных собраниях они стали исполнять вариации на тему церковных гимнов. Именно тогда у госпела появилась такая характерная черта, как многочисленные повторы. С их помощью неграмотные чернокожие, которых было достаточно много, могли легко участвовать в богослужении, не опираясь на текст.

С 1920-х годов афроамериканцев поджидала другая напасть – сегрегация, с которой они достойно сражались с помощью великой силы искусства. Библия воспринималась как последний аргумент в пользу всеобщего равенства.

 

Госпел отнюдь не всегда исполняется хором. Были в этом жанре и солирующие звёзды. Королевой госпел музыки единогласно называется Махалия Джексон. Обжигающий своей теплотой голос, крупная комплекция и весёлый нрав – вылитая служанка Мамушка из «Унесённых ветром». В своих интервью Махалия демонстрирует глубокие музыкальные познания и религиозный пыл: «Блюз приятно слушать — это песня отчаяния. Госпел принадлежит Богу — это песня надежды. Вспомните Давида из Библии: „Пойте громко и радостно Богу“. Я пользуюсь его советом. Происхождение госпел и блюза близко, однако блюз трогает только сердце, а госпел наполняет его божественными чувствами любви, умиротворения и радости». Мысль о том, что в пятидесятые в каждом американском доме трудилась аналогичная добродушная негритянка, вызывает мурашки.

Бытует стереотип, что госпел – прерогатива чернокожих исполнителей. Однако одна из самых религиозных песен принадлежит Джорджу Харрисону. Будучи приверженцем индуизма, в своей балладе My Sweet Lord он воспел единого Бога, которого так хочется увидеть.

Билли Престон исполняет My Sweet Lord на концерте памяти Джорджа Харрисона

Гимн футбольной команды «Ливерпуль» тоже в какой-то степени госпел. «Ты никогда не будешь один», – в тексте не уточняется, кто именно будет сопровождать одинокого путника в его нелёгком путешествии, но все звёзды указывают на то, что это будет всё-таки Господь.

Госпел совсем не архаичен, его можно услышать и сейчас, к примеру, из уст Канье Уэста. А Земфире на одном из своих концертов удалось филигранно вписать в свою песню «Сигареты» отрывок из госпела Go Tell It On The Mountain.


Бог, как известно, не Тимошка – видит немножко. И, наверное, за такие песни он нам простит всё – и эксперименты с клонированием, и Джастина Бибера.

Метки: music
Последние статьи в разделе
Back to top