Manhattan
3 года назад

Есть город золотой

текст и фото: Константин Лагоша 

тарый Город Иерусалима ровняли с землей 17 раз за его историю и хотя он не такой уж и старый, он все равно хранит в себе какое-то едва уловимое очарование. Его нельзя почувствовать, приехав на экскурсию-однодневку и пройдя стандартным маршрутом от Стены Плача до Храма Гроба Господня. Вечерами, когда спадает наплыв заезжих туристов, Старый Город открывается совсем в ином свете. Торговцы сворачивают свои лавки, улицы пустеют, и на них появляются их истинные обитатели. Нужно позволить себе затеряться в узких улочках и непонятных переходах, только так можно увидеть то настоящее, что происходит там.

Храм Гроба Господня в Иерусалиме являет собой сюрреалистичную картину. Монахини там соседствуют с туристами в шортах и шлёпанцах, выше шёпота повышать голос неудобно, однако от фотовспышек рябит в глазах. Но что отличает это место от Стены Плача или Храмовой горы, так это то, что все на это реагируют как на само собой разумеющееся. Греческий монах с радостью подскажет заблудшему туристу в майке, где тут Голгофа, а монахиня преспокойно узнает у батюшки по телефону точный адрес духовной миссии, стоя при этом рядом с обнимающейся парочкой.

В одном из бесчисленных переулков мусульманского квартала Старого Города Иерусалима находится ешива бреславских хасидов, принадлежащих к одному из самых ортодоксальных и закрытых течений иудаизма. Они не жалуют непрошенных гостей и избегают ненужного внимания к себе. Зная это, не удивляет нетипичное расположение – именно среди мусульманского населения, а не в еврейском квартале. Вероятно, при выборе местоположения для ешивы они пошли крайним путём и решили максимально свести к минимуму возможность встречи с остальными евреями и туристами. Поднявшись на один этаж выше, можно обнаружить, пожалуй, самый захватывающий вид на Храмовую Гору – святое место для всех трёх религий.

В период Рамадана в Иерусалим каждый день стекаются толпы мусульман для того, чтобы помолиться в мечети Аль-Акса, третьей по значимости святыне в исламе. За час до захода солнца площадь перед мусульманским кварталом старого города преображается: как грибы вырастают палатки и лотки, которые на открытом огне готовят различные традиционные праздничные блюда. Запах от них разносится далеко за пределы площади. С наступлением темноты, когда наконец можно вкусить пищу после дневного поста, сюда со всех сторон стягиваются как местные, так и туристы, и начинается импровизированная вечерняя трапеза. На лотках можно найти всё: от барашка до пахлавы, от свежезаваренного кофе с кардамоном до кальянов различных размеров и вкусов. 

В главной святыне христианского мира, Храме Гроба Господня, на входе находится камень миропомазания, на котором, по преданию, омыли тело Христа после снятия с креста. В любой день недели он со всех сторон облеплен паломниками, которые стараются приложить к нему иконы, свечи, платки и бог знает что ещё, в надежде, что частичка святости уедет с ними. Поэтому первое, что ты видишь, заходя в Храм, — копошащийся муравейник из людских тел. Снять там фотографии без толпы — большая удача.

Старый Город наполнен молодыми. А ещё больше там ребятишек, снующих под ногами. И если еврейские ортодоксальные дети будут сторониться контактов с «чужаками», то арабские же наоборот — для них любой турист или потенциальный клиент, которого можно проводить куда-либо короткими путями за вознаграждение, или просто возможность попрактиковаться в английском.

 Среди пальм немудрено и замерзнуть. Хоть уральских морозов здесь нет, но зимой в Иерусалиме температура может опускаться до +3 …+5 и это в отсутствии отопления. А раз в год, в виде исключения, даже выпадает снег. Обычно к этому готовятся заранее, прогнозы начинают пестрить предупреждениями, многие берут отгулы на работе для того, чтобы приехать в столицу с детьми и показать им снег, а также делаются ставки, как долго он пролежит на этот раз. В такие дни ничего не работает, все наслаждаются неплановым выходным. Снег начинает идти глубокой ночью в абсолютной тишине, крупными хлопьями.

 Если поверить лавочнику на слово, то эти кофейные зерна поставляют аж из Эфиопии, а там, надо думать, знают толк в кофе. Тут же при тебе он измельчает их, добавляя кардамон. Терпкий аромат этого кофе невозможно скрыть даже в герметичном пакете.

 Мусульманский квартал — самый большой квартал Старого Города. Попадая туда, будто перемещаешься во времени. Люди там одеваются абсолютно иначе, вещи которые можно купить там, — больше нигде не встретишь и, кажется, там мало что изменилось со времён турков-мамлюков. Здесь редко встретишь людей, готовых в открытую стать объектом съёмки. Но иногда всё же удаётся: этот старичок практически всегда сидит на одном месте, задумчиво глядя в пространство, будто не замечая толпы людей вокруг и будничную суматоху. 

 В пятницу, перед наступление шабата, самого святого дня для иудеев, возле Стены Плача творится что-то невообразимое. Конечно, там каждый день в любое время дня и ночи присутствуют молящиеся, создающие особую атмосферу, но перед шабатом это особенно заметно. Стена Плача это единственный сохранившийся фрагмент ограждения Храма Ирода, стоявшего на Храмовой Горе и разрушенного римлянами в 70 г. н. э.Вся площадь перед Стеной поделена на мужскую и женскую часть (угадайте, в чью пользу), но как только подходишь вплотную к самой Стене, понимаешь, что на самом деле возле неё все равны. В этом месте есть своя особенная энергетика, несмотря на кажущиеся парадоксы. Конечно, при условии, что вы знаете всю историческую подоплёку Храмовой Горы, даже без привязки к религиозному аспекту.

Последние статьи в разделе
Back to top