Manhattan

Американская азбука #17

текст: Александр Генис
фото: Библиотека Конгресса США

 

К НИЖНЫЙ МАГАЗИН в Америке одержим мегаломанией. Часто он настолько огромен, что меньше всего располагает к покупке той книги, за которой вы пришли. Есть мужчины, которые считают, что для них существует одна единственная женщина, но попав в гарем, трудно сохранить такие взгляды.

Старому Свету идут старые книги, Новому — новые. Поэтому если в Европе книжный магазин это прежде всего романтическая лавка букиниста, то в Америке преобладают книжные супермаркеты, торгующие безукоризненно свежим товаром.

Книжный гигант, такой как раскинувшийся по обеим сторонам Пятой авеню нью-йоркский «Барнс и Нобль», искушает разнообразием уже не книг, а предметов, о которых могут быть написаны книги. Это — манифестация бесконечных возможностей пишущего человека, которого оторвать от печатного станка способна только пуля. Американец живёт с успокоительным сознанием того, что в мире существует книжка, объясняющая как удовлетворить любую его надобность, каприз или прихоть.

Длинные, уходящие в сероватый туман книжные полки рождают заманчивый образ второго, «написанного», мира, который намного лучше, богаче и интереснее оригинала. Но построившие такие дворцы книг американцы обратили их в дешёвку изобретением карманных изданий — «покетбук». Этой одноразовой, как шприц, книжке с выпадающими, как волосы у старухи, страницами, конечно же, место не в гостиной, за стеклом добротного шкафа, а действительно в кармане, вместе с пятнистым платком, ключами и табачной крошкой, оставшейся ещё с тех беззаботных времён, когда хозяин кармана не думал о здоровье.

Однако и дорогие и дешевые книги обычно оканчивают свою жизнь одинаково — на благотворительных базарах. Тут они навалены пёстрыми холмами, в которых лениво роются редкие посетители, выискивая пару к уже отобранному ради аппетитных картинок кулинарному пособию — две книжки на доллар. Так выглядит книжная преисподняя.

У американцев книги не задерживаются — они редко их собирают и ещё реже передают по наследству.  У каждого поколения — свои книги, кроме, конечно, тех вечных, что хранят, как банки золотой запас, публичные библиотеки. Заботиться о модном бестселлере так же нелепо, как о вчерашней газете. Актуальная, сиюминутная, «свежая» книга и есть своего рода газета — приуроченная к случаю, выходящая в считанные дни, она существует исключительно ради растворённого в ней содержания. Поэтому от прочитанной книги толку не больше, чем от опустошённой бутылки.

Традиция дешёвых общедоступных и вездесущих изданий подготовила радикальный разрыв между содержанием книги и её материальной формой.  Прогресс обнажает книжную душу, сдирая с неё оболочку обложки. Речь, понятно, идёт об электронных книгах. В них освобождённая от бремени физического тела книжная душа заселяет эфир эфемерными, невесомыми, призрачными буквами и словами.  Выпустив душу на волю, книга оставляет книжному магазину лишь чехол — труп в обворожительно гладком  или нарочито шершавом переплёте. Здесь сладострастным библиофилам книги по-прежнему дарят  чувственные радости: их можно смотреть, листать, гладить и нюхать.

Переставшая быть незаменимым хранителем информации, книга делается либо хилым отростком  развлекательной индустрии, протезом телевизора, либо уж эстетическим объектом, ценность которого никоим образом не исчерпывается содержанием. Книжный магазин, всегда торговавший таким странным товаром, как дух, теперь продаёт нечто ещё более необычное — нежную книжную плоть.

Последние статьи в разделе
Back to top